— Знаю.

— Сначала я проверю шкаф.

И пошел к гардеробу.

— Фэллон, — остановила Изабелла. — Погодите.

Тот остановился и, обернувшись, взглянул на нее.

— Вы слышите тиканье? — спросила она.

Он продолжал молчать. Они оба услышали мерное тиканье старинных часов.

— Тикает в шкафу, — сказал Фэллон. — Несколько секунд назад их не было слышно. Только что затикало.

— Звук, как у часов на вашем столе, — заметила она. — У тех, старинных, которые, по вашим словам, относятся к викторианской эпохе.

— Да, — подтвердил Джонс. — Похоже.

Он открыл дверь шкафа и посветил фонариком внутрь. Изабелла задержала дыхание, приготовившись, что оттуда выпадет тело.

Но единственной вещью внутри оказались большие часы в богато украшенном корпусе. Они стояли на полке. Луч отразился от медного маятника и позолоченной отделки.

Изабелла застыла:

— Только не говорите, что нам придется решать, какой обрезать проводок — синий или красный.

— Нет.

Фэллон посветил на часы и внутрь шкафа фонариком.

— Никаких проводков. Это просто часы. На вид викторианские. Как мои.

— Старые часы нужно заводить каждую неделю или типа того. То, что они тикают, говорит о том, что кто-то время от времени приходит сюда.

— Но мы не услышали их, когда только вошли в подвал, — заметил Фэллон. Сейчас он высвечивал фонариком часы с задней стороны, явно зачарованный чем-то. — Будь я проклят. Это же одно из изобретений миссис Брайдуэлл. Я вижу алхимический символ, который она использовала в своей подписи. Каким же чертовым образом здесь оказалось это устройство?

— Кто такая миссис Брайдуэлл? Ладно, не важно, можете позже объяснить. Почему они начали тикать?