— Полагаю, под термином «неприступный» вы подразумеваете, что в это хранилище весьма сложно проникнуть.

— Да.

— Я почему-то так и думал.

Кейт Данлет откинулась на спинку кресла:

— Итак. Вы готовы узнать подробности?

— Да, только не здесь. У меня есть идея. Что если мы вытрясем чулок, в котором я коплю деньги на старость, и просадим все эти сбережения на ужин в ресторане?

IV. Так вы согласны на нас работать?

Я ненадолго задумался. Не предпочел бы я вместо расследования кражи взаправду схватиться с вомперийцем. Возможно, то был приступ ясновидения.

Мы с Кейт направилось в «Раджальто» и отыскали себе укромный уголок в самом сердце лабиринта крохотных, причудливо изогнутых кабинок. Кейт тут же выключила музыку, а я — термостат.

Всюду, куда ни посмотри, взгляд натыкался на большие висящие наклонно квадраты зеркального и простого стекла. Немного похоже на комнату смеха, только здесь все отражающие поверхности были затемнены, так что на нервы это не действовало. Столешницу я назвал бы полузеркальной: я отлично видел и ноги Кейт в бронзовых брюках под столом, и парящее отражение ее лица.

Благодаря оптическому колдовству зеркал, чужие отражения вокруг нас с легкостью могли принадлежать как нашим соседям, так и людям в противоположном конце зала.

— Что будете есть? — спросил я, одновременно нажав на кнопку вызова меню. Сегменты столешницы перед нами потемнели, сквозь них проступил список блюд. Стильное заведение — включились только два сегмента. Видимо, электронный мозг столика заметил, что места с внешней стороны столика не заняты.

Перегнувшись, я помахал рукой над стулом, где мог бы устроиться третий клиент. На столешнице высветилось еще одно меню. Я отдернул руку — и стекло вновь обрело прозрачность.