Мистер Джутинг не позволял мне разводить огонь на открытом месте, чтобы не привлекать постороннего внимания, но разрешал это делать на привалах. Мы ночевали в пещерах и подземных впадинах, где нас ожидали запасы человеческой крови и гробы. В этих местах вампиры могли отдыхать день-два. Таких убежищ было немного, от одного до другого приходилось идти целую неделю. К тому же их нередко облюбовывали животные. Некоторые из убежищ звери разрушили за те годы, что мистер Джутинг их не посещал.

— Почему вампирам можно отдыхать в специальных убежищах, но не разрешено пользоваться башмаками и веревками? — спросил я однажды, когда в пещере мы отогревали у костра замерзшие ноги и ели жареную оленину (обычно мы поедали ее сырой).

— Убежища появились семьсот лет назад, после нашей войны с вампирцами, — ответил мистер Джутинг. — В сражениях мы потеряли очень многих из нашего клана, еще больше вампиров было перебито людьми. Численность вампиров уменьшилась до опасной черты. Поэтому были устроены места для привалов, чтобы обезопасить дорогу до Горы вампиров. Некоторые наши сородичи не признают убежищ и никогда ими не пользуются. Но большинству они пришлись по вкусу.

— Сколько всего сейчас вампиров? — спросил я.

— Две-три тысячи.

Я присвистнул:

— Довольно много!

— Три тысячи — ничто, — усмехнулся мистер Джутинг. — Сравни с миллиардами человеческого населения.

— Вампиров больше, чем я ожидал, — сказал я.

— Некогда нас было свыше ста тысяч. Правда, это было очень давно, для того далекого времени это число немалое.

— Что же случилось с вампирами?

— Их истребили, — вздохнул мистер Джутинг. — Люди, вооруженные осиновыми кольями, болезни, войны — вампиры любят сражаться. Долгие столетия, до того как вампирцы откололись и стали нашими заклятыми врагами, мы дрались между собой. Множество вампиров погибали на дуэлях. Наш род пришел в упадок, мы вымирали, но не сдавались.