Влад пошел прочь. Ему надо было повидать Приходских — единственного сталкера на весь город. Найти его было легко — Степан почти всегда ошивался в Верхнем городе у потрепанного ларька на колесах, в котором продавали спиртное. Там он и обнаружился, в закрытом дворике неподалеку. Степан был один, и не особенно пьян.

— Степан, — сказал Влад, — привет, Степан!

Тот поднял голову, всклокоченную и вихрастую, полную ранней седины, и некоторое время изучал Влада, потом широко улыбнулся, показав немногочисленные зубы:

— А, Славик! Здоров! За пещерой пришел? Сергеев уже не первый раз расспрашивал Степана о пещере — старый пьяница был, пожалуй, единственным надежным источником сведений об этих известняково-опаловых шахтах. Возможно, Степану доставляло удовольствие рассказывать Владу о своих похождениях. Может быть, подсознательно он понимал, что Сергеев единственный, кому это действительно интересно.

— Да, — сказал Влад, — за пещерой. Есть что новенькое?

Степан поманил его пальцем, напустив на себя максимально загадочный вид — нервная система у него была порядком разболтана, и потому эмоции отличались крайностями. Владу всегда приходил на ум соседский избалованный ребенок, когда он видел, как сорокалетний уже мужик с наивным энтузиазмом посвящает окружающие людские отбросы в тонкости своих рискованных путешествий.

— Нету ничего новенького! — почти счастливо сказал Степан в ухо наклонившегося Влада, обдав его ядреным перегаром.

— То есть как — нету?

— А так! — произнес, улыбаясь, городской сталкер. — И знаешь что?

Влад изобразил на лице ожидание, В душе он уже понял, что сегодня от Степана ничего не добьется. Тот либо совсем помешался, либо он, Сергеев, почему-то потерял доверие старожила.

— Ничего не будет! — провозгласил Приходских не столько Владу, сколько серому небу над головой.

Вот этого Владислав не ожидал. Он растерянно заморгал, силясь осмыслить услышанное.