- Глядите, - говорил Шмидт, - сейчас на этой планетке ночь. Однако какие протуберанцы выбрасывает "солнце"!

- На "Нептуне", может быть, скоро появятся ихтиозавры и прочие чудища...

И они вновь замолчали, погрузившись в созерцание.

- Скоро вместо старых электрических ламп в наших комнатах будут гореть настоящие солнца, - сказал Шмидт после паузы.

- Да! Но удастся ли нам видеть развитие органической жизни и человека? интересовался Брауде.

- Профессор Вагнер обещает. Он усиленно работает над своим телемикроскопом.

- Вы не ощущаете, от шара как будто исходит тепло? - спросил через некоторое время Брауде.

- Этого не может быть. Внутренность шара абсолютно лишена воздуха, который мог бы проводить тепло, - ответил Шмидт.

Брауде подошел к шару и попробовал его рукой.

- Шар нагревается!

- Странно!.. Надо позвать профессора Вагнера. Вагнер быстро работал в своем кабинете над какими-то сложными машинами. На руках его были перчатки из материала, напоминающего резину.

Когда он узнал новость, то на минуту погрузился в задумчивость.

- Очевидно, где-то просачивается воздух! - сказал он.

- Но ведь это ужасно! - воскликнул Брауде. - Шар будет нагреваться, и тогда...

- Стекло может лопнуть...

- И вдруг произойдет распад внутриатомной энергии!..

Ведь это будет катастрофой?..

- Не столь страшной, как вы воображаете. В публике распространено мнение, что один грамм материи может выделить при распаде атома энергию, которая равна выделяемой при сгорании двух тысяч тонн угля. Это неверно. Реальная внутриатомная энергия составляет только восемь десятых процента этой фиктивной энергии. Притом весь атомный материал нашего нового мира ничтожен. Вы знаете, что, если уплотнить громадное газообразное тело настоящей кометы, оно вместится в наперстке.