- Профессор, неужели этот микрокосм вы обрекаете на гибель?
- Все миры обречены на гибель! В бездне неба солнца непрерывно гибнут и рождаются.
Я вовремя сделал одно важное открытие. Вот, видите эту коробочку? продолжал профессор Вагнер, поднимая небольшую коробку из какого-то неизвестного металла или сплава. - Это "волшебная коробочка", способная творить сказочные чудеса. Идем к нашему больному миру!
Они вошли в зал. Профессор попробовал рукой шар. Он накалился так, что трудно было держать руку.
- Да, откладывать нельзя. Бедный мирок! Он погибнет прежде, чем появятся люди и увидят свет солнца. Старый брюзга Будда сказал бы, что это и к лучшему...
Профессор Вагнер наставил на шар свою коробочку, как камеру фотографического аппарата. Можно было подумать, что он хочет кодаком запечатлеть лицо умирающего мира. Так же, как в кодаке, щелкнул затвор. И в тот же момент из "объектива" полилась струя голубоватого света. И она будто заливала костер пылающего в шаре мира. Погас "Нептун", погасли его спутники, наконец погасло и "солнце". В комнате стало темно. Шар опустел. При свете голубого луча, истекавшего из коробочки, с трудом можно было заметить беловатый порошок, осевший на дне шара.
- Finis! - сказал профессор.
- И это все, что осталось от маленькой вселенной! В этом порошке таились гениальные мысли будущих обитателей этого мира, их страсти, их порывы к истине, к борьбе за лучшее будущее! Все обратилось в прах!.. - меланхолически говорил Шмидт. И в эту минуту, с опущенными руками, он был похож на пастора, говорящего проповедь у свежей могилы.
- Мой друг, не впадайте в пессимизм! Из этого "праха" бесконечное количество раз уже творились и будут твориться миры со всем их великолепием и недостатками. Вам, как человеку науки, должно быть известно, что этот "прах" только химические элементы, ничем не отличающиеся от тех, которые находятся в нашем живом теле.