— Я кое–что разузнала о брате Якове. Он никогда не покидает стен монастыря, но ведет активную переписку, в основном с трансильванскими саксонцами, — Елена подергала веревку и, убедившись, что все в порядке, начала подъем. – А еще мне известно, где расположена его келья.

Ползти среди ночи по отвесной стене было делом не безопасным, но Сестру это обстоятельство остановить не могло. К счастью, яркий свет луны позволял различать все уступы и трещины каменной кладки, немного облегчая нашу задачу. Вскоре мы оказались на территории монастыря. Елена уверенно вела меня вперед, отлично ориентируясь в незнакомом месте.

Безмолвное и, казалось, безлюдное здание пугало. Как бы тихо мы ни шли, наши шаги отчетливо звучали под каменными сводами, проникавший сквозь узкие окна лунный свет выбеливал стены, превращая проемы арок в угольно–черные бездонные дыры. Мне чудилось, что оттуда за нами следят зоркие глаза невидимых злобных существ, чудовищ, свивших гнездо в этих древних стенах. Это было довольно странно. Теоретически, в таком святом месте, как монастырь не могли обосноваться силы зла, но я отчетливо ощущала их присутствие.

— Не зевай, Адриана…

— Здесь кто–то есть… Чувствуешь?

— Сладко спящие монахи. Мы почти на месте.

Сестра страстно желала найти брата Якова и не могла думать ни о чем другом. Наверное, встретив черного призрака, она бы просто прошла мимо, не желая замечать его. А для меня путешествие по темным закоулкам монастыря превратилось в настоящий кошмар. Липкий страх сковывал тело, каждую секунду я ждала атаки неведомого врага и собственная тень, скользившая у ног, казалось, таила угрозу.

Мы стояли у массивной дубовой двери, из–под которой выбивался лучик света. Она не была заперта, я осторожно заглянула в келью. Повернувшись к входу спиной, за столом сидел монах в потертой рясе и что–то писал. Судя по осанке и густым темным волосам, он был молод, и это удивило меня – брат Яков представлялся древним, выжившим из ума старцем. Затрепетало на сквозняке пламя свечи – монах обернулся. На его красивом лице не было удивления, тонкие губы растянулись в улыбке: