И вот он уже на ногах. В белом официальном костюме он выглядит торжественно и достолепно.

- Миллион глупостей совершает человек за свою жизнь, дети мои, но нет среди них великолепнее любви. На этом и конец официального спича. Начальство спустило нам новую прорицательницу по имени Астида. Задница у нее бюстоподобна, ну а груди - каждая с задницу... Так что я хотел сказать-то? Ах, да. Хороша!

Так вот, Астида заведует сектором "фатум", она уполномочила меня... Честное слово, Ральф, сиськи у нее - во! - и он нарисовал в воздухе что-то не очень определенное, но определенно большое. - Короче, она уполномочила меня узаконить предопределение, хотя это и по ее сектору. Согласна?

- Да, - говорит она.

- Только если ты его любишь.

- Да, - говорит она.

- Согласна ты стать его женой?

- Да, - говорит она.

- А ты, Ральф Хеллер, согласен ли ты...

В это-то мгновенье и прилетел Кондор, его крылья заслоняют солнце.

Глаза по-прежнему налиты кровью, все так же гноятся, а из клюва свешиваются блеклые бумазейные лоскутья.

- Прекратить, - вопит Кондор голосом доктора Габриэля. - Всего этого вовсе нет в программе эксперимента.

- А ты только сейчас заметил? - злорадствует Оразд. - Да они давно уже живут вне твоих жестоких выдумок.

- Я своего согласия не дам! - каркаeт Кондор. - Для того и прилетел: пора положить конец своеволию!

- Твоей власти над ними пришел конец. По вашим документам Ральф мертв, погиб в катастрофе. Он останется здесь.

- Этого только не хватало! - орет Кондор и нервно хлопает крыльями, поднимая облака пыли и мелких камешков. - Этого фантома Ральфа я придумал, он принадлежит мне, он - смысл моей жизни и доказательство моей правоты. Верни мне его, Оразд!

- Зол же ты, Кондор! Сам же прислал его ко мне, злорадствовал, что он слеп. А когда понял, что величайшее счастье именно в любовной слепоте, явился, чтобы и ее у него отнять.