— Раз, раз, раз — хрипло командовала она, зависнув в метре от пола. Зеленый дракон привставала на цыпочки, чуть взлетала на каждый такт, наконец оторвалась от пола и заскользила, набирая скорость, боком к стенке.

— Вертикаль держи! Куда тебя! Стой, стой, говорю! Ну, для первого раза неплохо.

— Ох и испугалась я!

— Это не ты испугалась. Это Мастер за тебя испугался, а ты почувствовала.

Кора оглянулась, увидела дракона в дверях, потупилась и смущенно поджала хвост.

— Слышь, Мастер, — продолжала Уголек, — займись делом, не смущай девушек. А, впрочем, идем в душ, Кора. Все равно сейчас любопытные набегут. Выяснять, что же напугало Великого Дракона. Мастер, ты с нами? Потрешь спинку?

— Зачем ты так на него нападаешь? — спросила Кора, когда за ними закрылась дверь душевой.

— Заслужил… Да не слушай… Я последнее время его побаиваться стала, а мама учила — если чего-то боишься — преодолей страх. Вот я и хорохорюсь.

— Он тебя обидел?

— Ну что ты! Мама говорит — это потому что я выросла. Ну, мужчина, женщина, секс и прочее. Ты понимаешь? А он это заметил и смеется.

— А ты знаешь, что мы сейчас сделали теоретически невозможное? Афа говорил, что биогравы не могут взять больше 90% веса.

— Так это в режиме экономичного полета. А мы за две минуты выложились, как будто на пять километров поднялись. Кора, можно тебя спросить об очень важном? Только правду говори, или лучше ничего не отвечай. Ты не обижаешься на Мастера, что он тебя драконом сделал?

— Я толком не осознала еще, что я — дракон. Мне людские сны по ночам снятся. И глаза. У людей они близко стоят, вперед смотрят. Пока не думаю, все нормально. А как задумаюсь, что почти все кругом вижу, голова начинает кружиться. Ты только не смейся, но я думала, в какого-то монстра превращусь.

— Так ты на него не сердишься? Ни капельки?