Он читал записи здешних миссионеров, запертых непогодой среди гниющих стен миссии, когда зеленая мохнатая плесень пожирает все
- от постельного белья до требника. «Ничего, - говорил он себе, - это просто дождь, всего-навсего дождь».
Он услышал его ранним утром - тысячи крохотных ножек, шорох по тростниковой крыше, стук по пальмовым листьям. И несмотря на этот стук, вокруг царила странная тишина. Сначала он даже не понял, в чем дело, потом сообразил: смолкли пилы и молотки мириадов насекомых, из ночи в ночь сверлившие ему череп…
Он проглотил свой кофе (маленькая слабость, от которой так трудно отказаться) и взялся за лопату. «Нужно отвести воду от часовни,
- подумал он. - И от хижин. И от госпиталя. Проклятые язычники, дезертировали и бросили его один на один с демоном… Нет, все-таки осталась одна птица. До чего же странно она кричит. Будто плачет».
Он осторожно вертел головой, пытаясь определить, откуда исходит голос. Потом распрямил ноющую спину и шагнул в часовню.
Она распласталась по полу и впрямь как большая птица - или летучая мышь. Черное одеяние по подолу заляпано красной глиной, плечи трясутся.
- Мэри, - сказал он тихонько. - Мэри, дитя мое!
Она вскочила, обратив к нему бледное заплаканное лицо. Пальцы перебирают четки.
- Отец мой… - она всхлипнула, - я хочу исповедаться.
- Я к твоим услугам, дочь моя, - он вздохнул. - Но, может, ты просто… по-человечески… так в чем дело?
Внезапно она бросилась ему на шею, обхватив ее руками, и вновь отчаянно зарыдала.
- Он даже не смотрит на меня!
«Если она больше не невеста Бога, то кто возьмет ее теперь?» - вспомнил он. А вслух сказал:
- Молодой Глан?
- Да. Он все время рассказывает мне, как она красива, эта его Элейна, какого она хорошего воспитания: швейцарский пансион и все такое, и умеет держаться, и…
«Сестра Мэри, - подумал он, - нехороша собой, да и чему тут удивляться - подкидыш. Должно быть, прачка или служанка из господского дома принесла ее под двери приюта, бедное заблудшее создание… Похоже, в ней проснулась кровь ее беспутной матери, и как не вовремя! Впрочем, это всегда бывает не вовремя!»