Картина обрела четкость. В островерхих зданиях стали заметны черные отверстия; бледные существа - очевидно, декабрахи - неторопливо заплывали внутрь и вновь появлялись снаружи.

- Обратите внимание, - продолжал голос, - там, перед зданиями, ровная площадка, что-то вроде двора. Отсюда плохо видно. Спущусь еще футов на сто. - Экран потемнел, - Опускаюсь. На эхолот - триста шестьдесят футов... триста восемьдесят. Не очень хорошо видно. Надеюсь, камера работает нормально.

- Вам сейчас лучше видно, чем мне тогда, - пояснил Флечер. - Там, на глубине, кораллы почти не светятся.

На экране крупным планом возник фундамент коралловых строений и почти ровная площадка футов пятидесяти в ширину. Вдруг камера качнулась, погрузив зрителей в кромешную тьму Глубоководья.

- Любопытно было посмотреть, - сказал Флечер. - Ведь непохоже, что эта площадка естественная? - Я хотел убедиться. Видите, плоскость разлинована. Правда, отсюда плохо заметно. Это искусственное возвышение - вроде террасы.

Камера снова развернулась, и стало видно, что площадка разделена на разноцветные участки.

Послышался голос Флечера:

- Каждый из этих участков занят под определенное растение или животное. Как в саду. Подплыву поближе. А, вот и вараны.

На экране показалось две-три дюжины массивных раковин, дальше - угри с острыми зубцами по бокам, присосавшиеся к площадке. Затем в кадре возникли существа, напоминающие пузыри, а вслед за ними - конусообразные черные твари с длинными болтающимися хвостами.

- Как им удается удерживаться на месте? - удивился Деймон.

- Спроси у декабрахов, - ответил Флечер.

- Спросил бы, если б знал - как?

- Пока не видно, чтоб они что-нибудь разумное делали, - заметил Мэрфи.

- Гляди, - сказал Флечер.

В поле зрения появились двое декабрахов. Два черных глаза глядели с экрана на собравшихся в кают-кампаний людей...

- Декабрахи,- прозвучал голос Флечера на пленке.