– Я не ведьма, я… Я требую справедливого суда! Я требую защиты! Я…

– О, разумеется. Тебя допросят по всем правилам и дадут право высказаться. А чтобы Тьма не связала твой язык тенетами лжи, рядом с тобой будет добрый брат палач. Как видишь, мы заботимся исключительно о твоем благе. Суд Единого справедлив и милосерден. На дыбу ее.

– Сеееееееееееееееб!!!!!!…

– А, задница Мораддинова, опять! Иефа! Иефа!

– Нет, не надо, не смейте, не трогайте меня, я…

– Иефа!…

– Стив… Боги, боги, больно-то как…

– Послушай, может, попробуешь чуть-чуть подлечиться, а? Время-то прошло уже, а? Ну сил же ж нет никаких смотреть, как ты мечешься.

– Я не из-за этого, не из-за руки…

– Да знаю, знаю. Тебе просто приснился сон. Но ты послушай меня, я в этих делах разбираюсь. Когда мякиш кровоточит, еще и не такая пакость в голову полезет.

– Что кровоточит? Мякиш?

– Ой, начинается. Ну куда там тебя укусили-цапнули? Не цепляйся к словам!

– Ладно, не буду. Ого, луна куда забралась! Стив, ложись-ка ты спать, мое дежурство часа полтора назад началось.

– Вы посмотрите на нее – вояка выискалась! Сама на бледную поганку похожа, а туда же – дежурство у нее. Ложись давай, пока по шее не получила.

– Стив, а ты, часом, не много ли себе позволяешь?

– Сколько надо, столько и позволяю. Кто здесь воин, в конце концов, я или поваренная книга?

– Ты, Стив. Поваренную книгу эти твари в клочья разнесли.

– Ну вот и спи.

– Спи… Легко сказать.

… Луна летела вслед за Иефой и никак не могла догнать, и от этой бесконечной, ненасытной погони становилось очень жутко. Иефа крикнула тихо и тоскливо, сложила крылья и камнем ринулась вниз, навстречу серым каменным башням, широко раскрыв глаза и мечтая только об одном – больше не быть. Башни стремительно неслись навстречу, и сердце отчаянно трепыхалось в горле, и было трудно дышать.