Такое мягкое не дающее теней, освещение не позволило Никите сразу разглядеть едва угадываемые углы между стенами и потолком. Слегка повернув голову, что при неподвижном теле, как ни странно, удалось без труда, Никита увидел то, что показалось ему прекрасным сном, воплощением его мечты. Очаровательная эльфийская принцесса смотрела на него. Нет, все-таки не эльфийка, а человек, Прекрасная Дама. Длинные русые волосы свободно отброшены за плечи. Серые огромные глаза сияли яркими звездами по контрасту с очень белой, кажущейся полупрозрачной кожей. Губы не яркие, но такие красивые и нежные, что невозможно не смотреть на них. Легкое белое платьице не скрывает прекрасных мягких очертаний плеч и рук. От девушки идет почти физическое излучение женственности. И в то же время ее лицо — это не глуповатая мордашка юной прелестницы, а лицо умного зрелого человека.

Девушка улыбнулась Никите очень милой и доброй улыбкой и сказала:

— Проснулся наконец. Ты слышишь меня? Если понимаешь, что я говорю, скажи да.

— Да, — хрипло выдавил Никита.

— Кто ты, как тебя зовут? Когда ты родился?

— Харад… Ник… Никита Панкратов. Родился в мае 1974 года, — голос Никиты был каким-то чужим и непослушным, слова выговаривались с трудом.

— Хорошо. Сколько тебе лет?

— Двадцать четыре.

— Значит девяносто восьмой год. А что ты первое сказал? Это что, еще имя?

— Харадор. Это мое игровое имя.

— Игровое?

— Есть такая игра. Мы представляем себя героями книг и разыгрываем в лесу сюжеты из этих книг.

— Что-то я такое читала. А, вспомнила, вас кажется называли «толкинутые».

— Ну мы себя иначе называем. Но в общем верно.

— Теперь понятно, почему тебя нашли с мечом и луком, хотя ты явно в конце двадцатого века родился. А мы-то гадали. Как ты себя ощущаешь? Хорошо ли ты помнишь себя, свою жизнь?

— Вроде нормально. Тело вот не двигается.