Она взяла бобину и снова включила проектор. Я еще раз посмотрел, как он произносит речь, затем, отключив звук и оставив одно изображение, произнес речь сам, проверяя как она звучит в моем, то есть в его исполнении и совпадает ли голос с движением губ. Она наблюдала за мной, то и дело переводя взгляд с моего лица на изображение и обратно. На лице ее застыло изумление. Наконец, я решил, что этого достаточно и выключил проектор.

– Ну и как?

– Превосходно!

Я улыбнулся его улыбкой.

– Спасибо, Завиток.

– Не за что… «мистер Бонфорт».

А двумя часами позже мы встретились с «Банкротом».

Как только два корабля состыковались, Дэк привел ко мне в каюту Роджера Клифтона и Билла Корисмена. Я знал их по фотографиям. Я встал и сказал:

– Хелло, Родж. Рад видеть вас, Билл.

Приветствие мое было теплым, но обыденным. Ведь по идее эти люди расставались с Бонфортом на очень короткое время – только короткий прыжок до Земли и обратно – всего несколько дней разлуки и ничего больше. Я шагнул им навстречу и протянул руку. В это время корабль шел с небольшим ускорением, переходя на более устойчивую орбиту, чем та, на которой находился «Банкрот».

Клифтон бросил на меня короткий взгляд, затем подыграл мне. Он вынул изо рта сигару, пожал мне руку и тихо ответил:

– Рад вас видеть, шеф.

Он был невысок, лыс, средних лет и был очень похож на юриста и на хорошего игрока в покер.

– Случилось что-нибудь за время моего отсутствия?

– Нет. Обычная рутина. Я передал Пенни все материалы.

– Прекрасно. – Я повернулся к Биллу Корисмену и снова протянул руку.

Он не пожал ее. Вместо этого он упер руки в бока и присвистнул:

– Чудеса, да и только! Я начинаю верить, что у нас есть шансы провести все как надо.