Какие высокие сильные сосны. Их бурая хвоя затоптана в жирную чёрную землю. Волосатые корни рвут берег на части, подбираясь к прибрежной полосе песка. Холодный сырой песок, отполированный пеной.

Берег, берег… Она огляделась вокруг. Тот ли это берег? Или другой? Тот берег, на котором полуночный ветер уносил воспоминания, заглушал голоса из её проклятого прошлого, затирал корявые шестёрки на песке?

Хотя, разве это имеет значение? Тот берег, этот… Ветер один, и один монотонный гул океана. В этом мире всё незаметно сменяет одно другое, всё раздробленно, всё развеяно. Прах и ветер, вода и песок. Потерянное царство тёмных сущностей.

Нельзя думать об этом. Нельзя подпускать голоса, позволять увлечь себя тёмному потоку, в котором нет ни прошлого, ни будущего, в котором она, всё та же, всё та же…

«Матушка, я…»

К счастью, погрузиться в эти мысли ей мешала Вивиана, неотступно трусившая следом.

— Госпожа Белинда! — причитала она без передышки. — Куда вы идёте, госпожа Белинда?! Что вы собираетесь делать? Вы же убедились, что вам не совладать с Клотильдой одной! Вы не можете!

— Не могу?! Проклятие, Вивиана! — взорвалась она. — Ты можешь хоть не повторять без конца это слово? Оно и так как клеймо у меня на лбу! Я с ума схожу, а ты подливаешь масла в огонь! Я всегда всё могла, всегда! — Она остановилась и перевела горячее дыхание. — Ну, хорошо, не могу, не могу! Довольна? А что мне прикажешь делать? Стоять и ждать, пока… всё случится? Так? Ведь я не могу — да, я не могу перенестись в замок рода!

— Почему?

— Мы могли перенестись друг к другу в любой момент благодаря связи Рода, которая воплощена в короне. Клотильда разорвала эту связь. Теперь я совсем одна. Одна? — Она нахмурилась, прислушиваясь к звучанию этого слова. Что-то в нём коснулось тайного засова. Одна, одна… Какой в этом смысл? Сейчас… Вот-вот она схватит эту ускользающую тень…

— Госпожа Белинда! — Тень исчезла. — А мы не можем попасть в замок рода обычным способом? Пешком?