Я подавила желание потрепать его по голове и сказать: "Молодец, шестеркин!" В конце концов, он сделал хороший выбор. Даст Бог, когда-нибудь станет полноправным партнером.

Деревья отбрасывали на дорогу длинные тонкие тени. В глубоких долинах дневной свет сменялся вечерней дымкой. Может быть, мы еще успеем вернуться на кладбище к полной темноте.

Да, мы. Ларри сидел рядом со мной в мятом синем костюме. Этот дешевый наряд не вызовет реакции у копов. А вот от моего вида могут брови полезть на лоб. В захолустье мало копов-женщин, и еще меньше тех, кто ходит. в красной короткой юбке. Я начала жалеть о своем выборе одежды. Неуверенность в себе - у меня?

Лицо Ларри светилось возбуждением, глаза сверкали, как у пацана в Рождество. Он барабанил пальцами по подлокотнику - нервное напряжение.

- Как ты?

- Я еще ни разу не был на месте убийства.

- Всегда бывает первый раз.

- Спасибо, что взяла меня с собой.

- Ты только помни правила.

Он рассмеялся:

- Ничего не трогай. Не ходи по крови. Говори только когда тебя спросят. Он помрачнел. - А это зачем? Все остальное я понимаю, но почему мне нельзя говорить?

- Я - член Региональной Противоестественной Группы, а ты нет. И если ты начнешь вопить от избытка чувств при виде мертвого тела, они это не поймут.

- Я тебя не буду конфузить. - Он вроде бы обиделся, но тут ему в голову пришла новая мысль: - Мы изображаем полицейских?

- Нет. Ты только повторяй: "Я - член Команды Призраков, я - член Команды Призраков".

- Но я же не член этой команды?

- Потому-то я и хочу, чтобы ты молчал.

- А! - сказал он. Потом поерзал на сиденье, и его сияние несколько пригасло. - Я никогда еще не видел свежего трупа.

- Твоя работа - поднимать мертвых, Ларри. Ты все время видишь трупы.

- Это не одно и то же, Анита, - сказал он ворчливо.