Совершенно то же самое произошло и в "Будфорд'3 пул" и в "Плейграунд", разве что Да Коста не потребовалось мнение женатого мужчины.

- Что надо, - сказал он, облизывая губы. - Ну, вы, ребята-фотографы, того - ого-го!

Обратно в мастерскую я несся, как на пожар. Там на столе я схватил листок бумаги, который давал ей, чтобы она оставила имя и адрес.

На нем ничего не было.

Стоит ли говорить, что последующие пять дней оказались, пожалуй, наихудшими из прожитых мною при обычных обстоятельствах. К утру следующего дня я так и не знал, где она, и начал тянуть резину.

- Она болеет, - сказал я папаше Мюншу по телефону.

- В больнице что ли? - удивился он.

- Все не так серьезно, - ответил я.

- Тогда тащи ее сюда. Что, головка побаливает?

- Извините, не могу.

У папаши Мюнша возникли подозрения.

- У тебя действительно есть эта девчонка?

- Конечно, есть.

- Ну, тогда не знаю. Если бы я не признал твою дрянную работу, принял бы ее за натурщицу из Нью-Йорка.

Я рассмеялся.

- Эй, послушай, давай тащи ее сюда ко мне завтра утром, понял?

- Попытаюсь.

- Нечего тут пытаться. Тащи сюда и все.

Он не догадывался, как я пытался. Я обегал все агентства по найму натурщиц и бюро по трудоустройству. Как заправский сыщик выяснял о ней в фото-и художественных мастерских. Потратил последние гроши на объявления во всех трех газетах. Просмотрел альбомы с фотографиями выпускников средних школ, просмотрел фотографии государственных служащих. Заглядывал в рестораны и закусочные - искал среди официанток, обегал магазинчики и универмаги - искал ее среди продавщиц. Осматривал толпы, выходящие из кинотеатров. Как зверь, рыскал по улицам города.

Вечерами я заглядывал на улицу проституток. Мне почему-то казалось, что я могу ее встретить там.