– Ну и как? Результат есть?

– Только то, что наши ездовые пузыри перестали нервничать.

– Ага! Значит, этот отпугивающий запах действительно был, и он пропал?

– Выходит, что так.

– Но пузыри не возвращаются?

– Нет! Мы по-прежнему не можем поймать ни одного, нам не удается даже обнаружить их.

– Все это, конечно, очень странно, – проворчал сыщик. – Но подумайте сами: кому, как не охотникам знать, что случилось с пузырями? Кто лучше вас изучил повадки этих животных? Может, они вообще улетели из ваших мест навсегда и не собираются возвращаться?

– Они такие примитивные, что не способны "собираться". Они летят туда, куда их несет ветром, и способны лишь немного поворачивать в ту сторону, где чуют более вкусную пищу. Или наоборот улетать от того места, где противно пахнет.

– А не могла у них выработаться привычка избегать охотников вообще, не важно, есть запах или нет?

– Нет, такая привычка – это все равно, что дрессировка, а они не дрессируются. Пузыри так же глупы, как улитки или червяки.

– Ну вот видите: цена моим предположениям невысока, поскольку я не знаю их повадок. Повадки преступников – другое дело. А пузыри… извините. Вы, конечно, можете требовать нашей помощи, но от нас вряд ли будет толк. Возможно, стоит обратиться к мудрецам, которые в этом разбираются? Какие-нибудь натуралисты или маги из тех, кто специализируется на животных.

Охотник с надеждой посмотрел на меня, и я поспешил откреститься:

– Я ничего не понимаю в животных, этим занимаются маги земной стихии, а мои стихии – воздух, свет и сны, могли бы уже запомнить… – тут мне пришла в голову одна идея, – хотя я знаю одного человека…

– Да ты, никак, опять про Пупулиса?! – догадался сыщик, – А он спец по зверушкам?

– Я точно не знаю, но он маг земли и такой старый, что должен помнить всех земных магов Столицы, кто хоть чего-то стоит.