– Я и пытаюсь, – разглядывая свои ладони, признался он.

– И я… твое очередное удовольствие? – понимающе улыбнулась Лариса.

А что? Проинспектировав все кинотеатры, бутики и кафе, она, пожалуй, тоже занялась бы поиском своей второй половинки. Или трех четвертушек. Или семи осьмушек – чего стесняться, если назавтра все равно все забудется? Но она, присматривая очередного партнера, по крайней мере не поленилась бы адекватно оценить свои шансы. Эх, бедный, бедный Барсучок…

– Ты мой путь, и истина, и жизнь. – Ленечка прямо посмотрел на нее. – Это из Библии, цитата… Ты знаешь, я долго думал, какой во всем этом смысл. Почему именно я остался во вчера, когда все остальное человечество привычно шагнуло в завтра.

– И что решил?

– Я думаю, это такое испытание. Лично для меня. Путь в завтра мне заказан, потому что у меня остались какие-то незавершенные дела еще сегодня.

– Незавершенные дела… – повторила Лариса. – Так обычно перед смертью говорят. А вдруг… – начала она и замолчала, напуганная собственной догадкой. Затем все-таки решилась продолжить: – А что, если ты не можешь жить дальше, потому что именно сегодня должен умереть? Ты не пробовал как-нибудь?..

– Самоубиться? Как в «Зеркале для героя»? Я думал об этом… А ты бы на моем месте попробовала?

– Еще чего!

– Вот и я пока нет. Но если ты мне не поможешь, придется попробовать. Только я пока не решил, каким способом уйти из жизни. Броситься ли под колеса метропоезда, прыгнуть с моста или попросту погибнуть от передозировки…

– …сосисок! – подсказала Лариса, поморщившись. – Может, хватит пафоса? «Погиб поэт, невольник миски, сражен отравленной сосиской», – экспромтом продекламировала она. – И потом, перестань уже меня шантажировать! Говори прямо, какой помощи тебе от меня надо?

– Погоди, я как раз к этому подхожу. Умереть было бы слишком просто и, скорее всего, глупо. Меня же не оставляет мысль, что я должен сделать что-то правильное.