Заученные эти слова она повторяла перед каждым классом, ехавшим на День Здоровья, но они, наверное, были близки сердцу немолодой учительницы, так что горячее убеждение и вера наполняли стандартную лекцию настоящим смыслом.

- Стая – это больше, чем семья, - говорила Марина Петровна. – Стая – это то, что выше нас и одновременно то, что всегда с нами, у нас в сердце. Стая – это навсегда. Скоро вы соединитесь в Стаю, и в ней не должно быть тех, кому вы не будете верить. – Она помолчала, переводя дыхание. - Поэтому я считаю, что нужно проголосовать. По алфавиту.

Галоян была на грани обморока. Марфин, кажется, тоже.

- Кто за, поднимайте руки, - Марина Петровна достала из пакета классный журнал.

- Подождите! – Ларина поднялась. Автобус тряхнуло, и она судорожно схватилась за ручку сиденья. – Я извиняюсь!

- Да-да, - закричала спохватившаяся Надя. – Я… и я...

- Не стоит, Марина Петровна, - спокойно проговорил Миронов. – Нервотрепка нам сейчас только повредит. Правильно я говорю? – он привстал и оглядел автобус.

- Да… да… - вразнобой отозвались голоса.

- Ну хорошо, - безропотно отозвалась классная, села и стала красить губы.

Маша привалилась лбом к стеклу и больше ни на кого не смотрела.

Высотки спальных районов уплыли назад, за окнами мелькали поля и холмы, увенчанные темно-зелеными гривками. Чахлые рощицы по краям дороги постепенно сливались в лес. Автобус круто свернул, и проехав еще несколько десятков метров по тряской грунтовке, остановился.

- На выход, - коротко скомандовала Марина Петровна.

Ребята молча пошли к дверям.

На улице Марина Петровна, не говоря ни слова, перекинулась. Ученики последовали ее примеру.