Пока он прятал деньги в нагрудный карман куртки, кто-то показался внизу, пыхтя и ломая ветки. Вскоре кусты раздвинулись, и из зелени вынырнула рыжая голова — нового помощника Гастона. Прежний едва выдержал четыре месяца, и этот вряд ли удержится дольше. Это было вечной проблемой для Гастона — ему никак не удавалось найти баланс между умом и глупостью. Умные помощники рано или поздно (чаще рано) начинали строить планы, как бы его подсидеть, и приходилось избавляться от них быстро и радикально. Та же судьба ожидала и тупиц, но уже по причине их провала, что неудивительно, учитывая сложную преступную деятельность банды.
Рыжий был из последних — это было видно уже по наивно-преданному взгляду его широко распахнутых голубых глаз. Он словно ждал, что в любой момент впереди вот-вот возникнет непреодолимое препятствие, с которым надо будет справиться, применив всю свою недюжинную силу, а если понадобится — то и устрашающую репутацию шефа.
— Идут, — запыхавшись, бросил он на ходу. — Полная тишина и никакого мельтешения.
— Ладно, мы свое дело знаем, — ответил Николай, но тот его не услышал и пошел дальше вверх между соснами, полный сознания собственной важности.
Гора затихла, как перед бурей, хотя на небе не было ни облачка. Даже недавний гомон птиц смолк, словно и они услышали приказ рыжего. Над деревьями нагнеталось тяжелое и тревожное ожидание. Плохо, подумал Николай, если в охране есть тертый калач, непременно заподозрит что-то неладное.
Он вспомнил разговор с Баской и почувствовал, что раскис окончательно.