- Ну. пошли, паренек! Поглядим, дома ли царь Миндальский.

Друзья выбрались из локомотива и направились ко дворцу. Чтобы добраться до входных ворот, им пришлось шагать наверх по девяносто девяти серебряным ступеням. Ворота, десяти метров в высоту и шести с половиной в ширину, были сделаны из резного эбенового дерева. Это очень черная порода дерева, чернее смеси из сажи, смолы и угля. На всем свете имеется всего лишь сто два центнера семь граммов этой породы. Такое оно редкое. Добрая половина от этого количества пошла на строительство дворцовых ворот.

Рядом с воротами висела табличка из слоновой кости, на которой золотыми буквами было написано:

ЦАРЬ МИНДАЛЬСКИЙ А внизу находилась кнопка звонка из большого цельного алмаза.

- Черт меня побери! - в восхищении сказал Лукас-машинист, хорошенько все разглядев. А у Джима глаза опять сделались круглыми-прекруглыми. Тут Лукас нажал на кнопку звонка.

В огромной двери из эбенового дерева распахнулось маленькое окошечко. Оттуда выглянула большая желтая голова и благожелательно осклабилась друзьям. Конечно, у головы имелось также и туловище, но оно было полностью закрыто дверью и потому не видно. Большая желтая голова спросила фальцетом:

- Что угодно двум вашим сиятельствам?

- Мы оба - иностранные локомотивные машинисты, - отвечал Лукас. - А угодно нам поговорить с царем Миндальским, если это возможно.

- По какому поводу вы желаете говорить с его царским величеством? спросила голова, благожелательно улыбаясь.

- Мы лучше скажем ему об этом лично, - ответил Лукас.

- К сожалению, это совершенно невозможно, достопочтеннейший шиманист очаровательного молокатива, - почти прошептала голова с невидимым туловищем, улыбаясь еще благожелательней, - поговорить с его царским величеством совершенно и абсолютно невозможно. Или у вас есть приглашение?

- Нет, - смутился Лукас, - а зачем?