Комнату, где стоял трансивер, я нашел без проблем. Повернул тумблер, и радиостанция ожила. Покрутил колесико.

– Прием, прием…

Никто не ответил. В эфире царила тишина. Еще бы – я не знал нужную частоту. По счастью, идиот Шатров или кто-то другой отчеркнул одно из делений красным маркером. Вскоре я услышал сонный голос пилота.

– Диксон… материк на связи. – Зевок. – Прием.

Сердце забилось учащенно – путь к спасению близок. Прижав кнопку большим пальцем, я быстро заговорил:

– Это я. Виталий Курганов. Мне срочно нужно на материк.

– Вы же только сегодня оттуда…

– Это срочно. Здесь чрезвычайная ситуация.

– Ну-у, не знаю…

– Я заплачу.

Аргумент ожидаемо подействовал.

– Хорошо. На дороге от аэропорта, примерно в том же месте, где я вас высадил. Наверх посветите фонарем. Так я вас быстрее найду.

– Годится, – сказал я, – скоро буду там. Вылетайте прямо сейчас.

Я вышел в коридор и, пробираясь наощупь, направился к выходу. Экономил батарею фонаря – не хватало только, чтобы она закончилась в самый нужный момент. Миновал коридор, прошел через холл-камбуз, где сильно пахло рыбой – на веревках, натянутых под самой кровлей, сушился омуль.

Я надел капюшон, затянул его под горлом и, вминая крагами снег, двинулся по своим следам, ведущим из поселка к дороге.

– Куда-то собрался? – услышал я, и сразу следом – сухое щелканье курков. Повернулся. Шатров стоял, держа наперевес двустволку. – Не заставляй меня убивать тебя, – сказал он. – Честное слово, я к тебе с симпатией отношусь. Но угробить всех не позволю.

– Ты не понимаешь. Там, на материке, есть условия для изучения этого феномена. Нам вовсе не обязательно умирать. Мы найдем противоядие.

– Это ты не понимаешь. Противоядия нет. Это конец нашей цивилизации.

– Но зачем умирать? Если все так, как ты говоришь, человечество неминуемо погибнет. Кто-нибудь рано или поздно доберется до острова Диксона, обнаружит здесь нефть и отвезет образцы на материк…