Домой Терехов вернулся не сразу. Позволил себе расслабиться: зашел в кафе «Масленица» на углу Ленинского и Ломоносовского и заказал порцию блинов со сметаной — только здесь делали такие, как он любил, без ненужных добавок, когда-то он обожал блины, мама готовила их не часто, и, наверное, потому каждый «блинный день» становился для него праздником. Женившись на Алене, он ожидал, что этот небольшой праздник жизни будет продолжаться, но жена терпеть не могла возиться с тестом, попробовала как-то по его настоянию, но первый же блин получился даже не комом, а невообразимо липучей и гадкой массой. А мама была теперь далеко, после института Терехов переехал из Питера к Алене в Москву, тесть — широко известный в узком кругу посвященных химик-органик — устроил зятя в институт, где работал главным технологом.

Идиллия, впрочем, продолжалась недолго — два года понадобились Терехову, чтобы убедиться в двух вещах. В том, во-первых, что жена его — глупая гусыня, с которой даже в постели скучно, и никакой надежды на перемены в будущем. А во-вторых, Терехов понял, что химия, которую он пять лет изучал в Технологичке, пропуская половину занятий, вовсе не была его призванием. Он написал свой первый рассказ в тот день, когда окончательно рассорился с Аленой и ушел из дома, оставив жену с годовалым сыном Алькой.

Снял квартиру в неплохом месте — не шумный центр, но и не безлюдная окраина, — уволился из института (в любом случае оставаться было невозможно — бывший тесть в роли начальника, это надо же такое придумать!) и ни минуты не жалел ни о чем, даже о том, что Алена запретила ему видеться с сыном.