Надо же, неужели он так расстроился, что едва не проехал собственную остановку? Терехов успел выйти из вагона, когда двери уже закрывались, и ему показалось, что кто-то за спиной вот-вот схватит его за руку — deja vu, бзик, совсем он сегодня не в форме.

Дома, прежде чем сесть к компьютеру, Терехов достал из холодильника початую неделю назад бутылку «Наполеона», плеснул в стакан — немного, на два пальца, вполне достаточно, чтобы снять стресс — и выпил одним глотком.

Спрятав бутылку в холодильник, он направился наконец к компьютеру — нужно было переписать файл и мчаться опять через весь город в издательство, успевая как раз к послеполуденному чаепитию.

Экран засветился, на зеленом фоне появились многочисленные значки — иконки программ, в большей части которых Терехов не разбирался совершенно, используя в работе только старый привычный «Word».

Прежде чем переписать нужный файл, он по привычке включил «Outlook express» — почту проверял всякий раз до того, как приступал к работе, и после проверял тоже. Писали ему многие, письма читать он любил, среди них попадались очень любопытные, бывало — от людей, которых он уважал чрезвычайно и мнение которых ценил.

Сегодня писем оказалось немного — всего три. Впрочем, вспомнил Терехов, утром он уже проверял почту, три письма за несколько часов — тоже неплохо.

Он щелкнул клавишей мышки на первом из писем, не прочитав имени отправителя.

Экран ярко вспыхнул, на бледно-голубом фоне появилась надпись: «Прощай, нам было хорошо вдвоем!», а потом все погасло, и о том, что компьютер продолжал работать, можно было судить лишь по урчанию, раздававшемуся из-под кожуха, и по миганию красной лампочки, показывавшей пользователю, что жесткий диск занят делом, перемалывая какую-то информацию.

— Ну! — сказал Терехов и принялся нажимать на все клавиши подряд, отчего, конечно, ничто в этом мире не изменилось, поскольку процессы, происходящие в физической реальности — это он недавно вычитал в научно-популярной статье, — обратного хода никогда не имеют. Что произошло, то произошло.