— Тише ты, — испуганно прошептал Клаус, который шел левее и лужу благополучно миновал. — Ты сейчас всех в городе разбудишь!
Генрих вздохнул, вытащил ногу и принял немного в сторону.
— Нет, я уверен, что Каракубас спит, и мы зря только кружим вокруг этого дурацкого дома… — начал было Генрих, но в это время в доме раздался пронзительный визг, и друзья испуганно замерли.
— Слышал? Кажется, там кого-то пытают, — сказал дрожащим голосом Клаус. — Не хотел бы я оказаться на месте бедняги, чтоб меня мучили каленым железом. Пожалуй, нам лучше повернуть назад. Миллион миллионом, а своя жизнь дороже.
Друзья развернулись и поспешили к велосипедам. Их ноги двигались быстрее и быстрее, пока не перешли в бег. А когда они выскочили из-за угла, Клаус испуганно вскрикнул:
— Стой! Стой! Твой старик идет! Ложись на землю, если он, гад, нас обнаружит, то не миновать нам лап палача! — и всем телом грохнулся с разбега на землю.
Генрих глянул на дорогу и в лунном свете увидел Каракубаса, который уверенно вышагивал по дороге из города. Ноги мальчика от ужаса подломились, и он как подкошенный рухнул рядом с Клаусом.
— Не успели! — испуганным голосом простонал Генрих. — А я ведь говорил, надо было раньше отсюда сматываться!
— Тише ты, тише, не то он нас услышит. О боже, что с нами сейчас будет… — Клаус всхлипнул. — Зачем только мне понадобилось столько денег?
Каракубас тем временем прошел через ворота — велосипедов он не заметил — и направился прямо к двери дома. В руках старик нес какой-то сверток.
Генрих и Клаус от ужаса перестали дышать, вжали лица в самую землю. Больше всего на свете им хотелось в эти мгновения сделаться маленькими, как муравьи. Сквозь тучи в небе пробилась ясная луна, где то вдалеке прогромыхал поезд. Каракубас поднялся на порог своего дома, вытащил из кармана большой, старинный ключ. Как только он вставил его в замок, в нескольких комнатах дома одновременно вспыхнул свет, а один из ярких лучей упал через окно прямо на мальчиков… но дверь уже распахнулась, старик сделал шаг, и горе-сыщики остались незамеченными.