Флинт кивнул: воспоминание было не из приятных. Тассельхоф переступил с ноги на ногу.

- Только Танис мог рассказать ей о сне, который всем нам приснился, -проглотив застрявший в горле комок, продолжала Лорана. - И я видела его с ней в том сне, точно так же, как видела я и смерть Стурма. Все сбывается...

- Нет, погоди-ка, - ворчливо перебил Флинт, цепляясь за ускользающую реальность, точно утопающий за соломинку. - Ты сама говорила, что тебе примерещилась твоя собственная смерть - сразу, мол, после того, как не стало Стурма. Ну, покамест ты живехонька. И тело Стурма им растерзать не удалось...

- И я не помер, как во сне, - жизнерадостно встрял Тас. - С тех пор я вскрыл уже тьму-тьмущую замков... Ну, не совсем тьму-тьмущую, скажем лучше некоторое количество, но иголки с ядом не было ни в одном! И потом, Лорана, Танис ни за что бы не стал... Флинт метнул ему предупреждающий взгляд, и кендер прикусил язык. Лорана, однако, заметила этот взгляд и все поняла. И сжала губы так, что они сошлись в одну черту.

- Стал бы. Еще как стал бы. И вы оба это знаете. Он любит ее... -Лорана помолчала какое-то время, потом решительно произнесла: - Я пойду. Я обменяю Бакариса.

Флинт тяжело вздохнул. Он, в общем, это предвидел.

- Лорана...

- Послушай, Флинт, - перебила Лорана. - Если бы Танис получил записку, где говорилось бы, что ты умираешь, - как, по-твоему, он бы поступил?

- Тоже сравнила, - буркнул гном.

- А я знаю, - сказала Лорана. - Он пошел бы за тобой в самую Бездну, и даже тысяча драконов не остановила бы его!

- Может, и так, а может, и нет, - ворчливо возразил Флинт. - Будь на нем армия и ответственность перед кучей народу, который от него зависит, -никуда бы он не пошел. Он знал бы, что я его пойму... Лицо Лораны, бесстрастное, чистое и холодное, казалось вырезанным из мрамора.