С минуту поизучав мою растерянную физиономию и раскрытое редакционное удостоверение, дрожавшее у меня в руке, тетка Фекла вынырнула из-за двери полностью, явив свою невысокую, своеобразную фигуру, укутанную в некое подобие длинного лабораторного халата.

– Значит, спецкор?.. – чуть пришамкивая клыком, переспросила она, – И что, говоришь у тебя за задание?..

– Я… это… ищу… – медленно приходя в себя, пояснил я, – Провожу независимое… Макаронина ищу… лейтенанта… Юру… старшего…

– Участкового нашего?! – неизвестно чему обрадовалась тетка, – Так его у меня нет! Вот и начальство его приходило, спрашивало, а теперь ты. Ну с какой стати он станет у меня прятаться?!

Как ни странно, ее радостное оживление мгновенно привело меня в чувство и насторожило до такой степени, что дальше я смог вполне осмысленно вести разговор, хотя может быть для меня было бы лучше, если бы я сразу потерял сознание.

– То, что Макаронина ищут у вас, дорогая Фекла…

– Федотовна… – подсказала тетенька.

– … Федотовна, – продолжил я, – Объясняется тем, что вы и ваш… ваша… в общем тот, кто живет в вашей квартире, вызывал резко негативное отношение со стороны старшего лейтенанта. Это подтверждается беседами, которые вел старший лейтенант и некоторыми, составленными им документами…

Тут я поймал себя на мысли, что говорю, как следователь в каком-нибудь советском фильме пятидесятых годов прошлого столетия. Потому я быстро сменил и тон и тему разговора:

– А можно мне посмотреть на вашу собачку? Василь Василич так ее хвалил, а я, признаться, большой поклонник больших собак!

Фекла Федотовна склонила голову и впилась своими глазами-буравчиками в мою физиономию, которой я постарался придать самый простодушный вид.

– Ну и рожа у тебя, – сообщила она через некоторое время, – Ох и рожа – вылитый мазурик! Пожалуй, я познакомлю тебя со своей собакой…

И посмотрев через мое плечо в сторону своего крапивного огорода она громко рявкнула: