- Как граф Захер-Мазох?

Так уж получается, что мне всегда удается рассмешить Райли. Он считает, что никто на свете не умеет петь заупокой так жизнеутверждающе, как я. И, что еще хуже, постоянно говорит мне об этом.

- Ладно, внесу твое имя в список Клиффордовых простофиль, пообещал Райли. - Когда поймаем его, пригласим тебя на смотрины.

- Тебе нужен словесный портрет?

- Нет, спасибо. У нас их уже штук сто, и в некоторых кое-что сходится.

Не волнуйся, мы его изловим. Он слишком трудолюбив и искушает судьбу.

- Ну, если ты так говоришь...

Но мой собственный весьма обширный опыт свидетельствует о том, что профессиональные мелкие мошенники обычно не попадаются. Это не значит, что Райли и его отдел работают плохо, просто им поручено невыполнимое задание.

Когда они прибывают на место преступления, виртуоза уже и след простыл, а пострадавший простофиля и сам не понимает, что случилось. И Райли сотоварищи ничего не могут сделать, разве что взять у жертвы отпечатки пальцев.

Он заставил меня продиктовать полные имена моих собратьев по несчастью, вновь заверил, что наша жалоба будет передана в управление и приобщена к толстеющему делу Клиффорда, а потом спросил:

- Что еще?

- Ну... - промямлил я, немного смущаясь присутствием соседей. Нынче утром какой-то однорукий в парикмахерской на Западной...

- Поддельные лотерейные билеты, - перебил меня Райли.

- Слушай, - возмутился я, - как так получается: ты знаешь всех этих людей, а поймать ни одного не можешь?

- Мы что, не выловили "Мальчика с Пальчиками"? Или Тощего Джима Фостера? Или Толкового Толкача Толкина?

- Ну ладно, ладно, - я немного успокоился.

- Этот твой однорукий - Крылатый Святой Карл, - сообщил мне Райли.

- Почему ты так быстро обнаружил обман?

- Просто нынче пополудни почуял неладное. Как всегда, с пятичасовым опозданием, ты же меня знаешь.