- Оставьте это, ма. Альф Стокс лопнет со смеху, если мы попросим его забрать телевизор из-за того, что в нем сидит дядя Фил. Так что будьте рассудительней. Вы с Уной были взволнованы, и вам стали мерещиться всякие страсти. Завтра вечером все уже будет нормально, вот увидите.

- Да? Все будет нормально? Это ты так думаешь.

- Конечно, я так думаю. Да мы все так думаем.

- Думайте, что хотите, - сказала мама мрачно. - Можете продолжать. Только потом не говорите, что я вас не предупреждала. Он там, и с этим ничего не поделаешь, и мое мнение, что это еще цветочки. Где бы он теперь ни был, он заботится только об одном, чтобы мы не могли в свое удовольствие попользоваться телевизором, который купили на его страховку. Сам увидишь.

В середине следующего дня мама и Уна, как всегда, были дома одни. Обычно они проводили это время за каким-нибудь спокойным и полезным занятием, но сегодня обе не могли найти себе места. Они пошли в большую гостиную и сели у окна, поглядывая вниз на улицу, но скоро стало ясно, что спокойно посидеть им не удастся. В углу стоял телевизор, экран которого напоминал чудовищных размеров глаз, затянутый бельмом. Несколько минут они делали вид, что не замечают его. Наконец Уна сказала:

- Я смотрела программу - сейчас будет передача для женщин.

- Знаю, - сказала мама довольно зловеще. - Я сама смотрела.

- Ну, тут все будет в порядке, правда? Во всяком случае...

- Что "во всяком случае"? - спросила мама прежним зловещим тоном.

- Ну, - сказала Уна робко, - ты не думаешь, что мы вчера вечером были немножко возбуждены... и... могли вообразить всякое такое?..

- Нет, не думаю, - сказала мама. И чуть погодя добавила: - Но все-таки, если хочешь, включай. В конце концов, женская передача... к тому же среди дня... может, он и не покажется. Он днем всегда спал.

- Но... послушай, мама, Джордж говорит...

- Мало ли что он говорит. Твой Джордж далеко не все на свете знает, хоть ты, может, и думаешь по-другому. Ну, включай, если тебе хочется.