Постоянная вонь, сопли, мычание… Нет, всё-таки есть в жизни какая-то высшая справедливость! Не оборачиваясь, слуга поманил рукой, и двое лакеев внесли и подняли перед принцем большое, в его рост зеркало. В нём отразился красивый, розовощёкий и статный парнишка в нежно-фиолетовой тафты костюмчике, в мягких юфтевых сапогах, и всего с одной, брызжущей синим и алмазным блеском, звездой на груди. С наградой этой вышла вот какая оказия. Король никому не раздавал награды и чины просто так – ни за возраст, ни за происхождение. Однако этой весной, во время праздника Богини Воды, ясноокой Ледды, когда нарядный королевский корабль величественно плыл по реке, девятилетняя принцесса Фиона умудрилась свалиться за борт. Дочь погибшего на войне младшего брата короля уже пускала пузыри (ну совсем как обычная простолюдинка, прости Луноликая!), но тут Фред, по малолетству не будучи обременённый доспехами, сиганул в реку и таки вытолкнул кузину на поверхность, дал ей глоток воздуха, поддержал. Там и свита опомнилась, и моряки. Шум, гам, сутолока… Пока вытащили детей на палубу, они оба посинели от холода и зубами стучали не хуже, чем кастаньеты в таверне – холодна водица весной! Хвала всем богам, у Джеймса всегда наготове были и тёплые одеяла, и сухая одежда. И даже целителя он по какому-то наитию прихватил на борт. А потому в благодарном взгляде, коим наградила его королева Изольда, Джеймс прочёл отпущение всех грехов и свою безбедную старость. Мать принцессы Фионы – вдовствующая баронесса Меллих – на следующий день подала королю соответствующее прошение. Знать, неглупые люди надоумили её! И как ни крутил носом венценосный Карл, а пришлось ему наградить собственного сына. Пусть и гражданской звездой – не с рубинами, а с аметистами; без скрещённых меча и копья, а всё же. Отношение к принцу после того дела как-то изменилось, и Джеймс с некой затаённой гордостью ловил задумчиво-уважительные взгляды, которыми провожали принца Фреда вослед ветераны многих битв, умудрённые жизнью царедворцы, почтенные (и не очень) дамы.