— … Ударило… Больно, жжет…

Виктор поспешно стянул перчатки, извлек из бокового кармана плоский контейнер аптечки. И услышал позади неуверенные шаги.

Биолог подходил медленно, ощутимо пошатываясь. Его глаза, немыслимо расширенные, смотрели словно бы не на Виктора, а куда-то внутрь, вглядываясь в глубину своей боли. Черты лица странно заострились; казалось, сквозь кожу и мышцы уже проступают кости.

— Обезболивающее… Дай! Скорее, дай!

На миг Виктор попятился под этим безумным взглядом — но сразу же овладел собой.

— Здесь женщина. Сначала я помогу ей.

Биолог не услышал ни слова, тупо надвигаясь.

— ДАЙ!!!

Он шагнул, медленно, по-прежнему прижимая ладони к животу — и вдруг бросился вперед, вытягивая руки и растопырив пальцы, будто решив поиграть в пятнашки… Вот этим Киндинова было не напугать, и даже не удивить. Умение драться врукопашную закладывали в него долго и старательно, впечатывая навыки под гипнозом и отрабатывая в сотнях схваток — реальных и виртуальных…

Удар твердым форменным ботинком. Каблуком, пониже солнечного сплетения. Никакой борьбы, лишь старая как мир, надежная ударная техника… Мужчина упал, как подкошенный, и вновь скорчился в приступе рвоты.

Виктор наклонился над женщиной, даже не заметившей короткой схватки, и свинтив колпачок шприц-тюбика, быстро вонзил иглу ей в плечо. Прямо сквозь ткань комбинезона.

Перевязка заняла совсем немного времени — кропотливо вложенные навыки работали независимо от сознания бойца. Осторожно уложив тело на траву, он повернулся к мужчине, собираясь помочь…

Тот, кому приходилось видеть смерть, легко узнает ее приметы на лице человека, еще недавно живого и даже способного двигаться… Виктору приходилось, и он все понял сразу.

Биолог был мертв.

Киндинов некоторое время глядел на неподвижную фигуру — пока не увидел в белеющих на траве рвотных массах странное шевеление. Он отвел глаза, не решаясь всматриваться дальше.