Настала тишина. Несколько секунд никто из присутствующих не двигался, словно желая убедиться, что бездыханное тело Хуана Альвареса никогда уже не вернется к жизни. Затем Кейд дал сигнал, и вся группа немедленно пришла в движение. Один из бойцов собрал с пола стреляные гильзы, другой осмотрел все помещение и убедился, что следов команды в доме не осталось. Тридцать секунд спустя все бойцы Кейда вышли через главный вход и расселись по джипам. Кейд и Райли заняли места в первой машине с открытым верхом, возглавлявшей колонну.

Вся операция заняла не больше трех минут, после этого люди Кейда словно испарились, оставив в доме семь мертвых тел.

Позже той же ночью Кейду снился сон.

Он стоял один, на середине улицы, в городе, у которого не было названия. Он бывал здесь прежде, и не однажды, но всякий раз события развивались и завершались по-разному, словно их определял случай, вращение некоего гигантского космического колеса Фортуны, а не те действия, которые он должен предпринять или уже предпринял.

По предшествующему опыту он знал, что город заканчивается всего в нескольких кварталах отсюда. Обрывается он внезапно, превращается в пустоту, огромное и бесконечное ничто, подобное полотну художника, к которому тот еще не успел прикоснуться кистью. Пустому и безжизненному.

Этот город стал центром его вселенной.

Вокруг нескладными грудами чернели развалины зданий — результат предыдущего его визита. «Интересно, — вдруг подумал он, — как же выглядел этот город несколько недель назад: перед тем как началось противостояние?» А оно началось и продолжалось до тех пор, пока не остались одни эти пустые оболочки домов. «Неужели и дорога, как и здания, будет такой же изломанной, разбитой?»

Он не знал.

Затем он перестал думать об этом и вернулся к настоящему, ибо считал, что даже после того, что случилось, ему все же удастся установить истинную личность Врага.