- Марья Дмитриевна! - окликнула наверху вахтерша.

- Да? - не поняла Марьюшка: рядом с вахтершей сидела огромная, вся из округлостей дама с небывалых размеров черно-бурой лисой на шее.

- Вас дожидаются, - пояснила вахтерша.

- Очень, очень познавательная беседа, - заворковала дама, при всей своей объемности легко поднявшаяся с кресла и подхватившая Марьюшку под локоток. Вдвоем они вышли сквозь прозрачные вращающиеся двери, причем Марьюшка запоздало испугалась, что в дверь они вместе не пройдут, а затем также запоздало вспомнила, что ушла из выставочного зала невежливо, не попрощавшись. - Просто приятный сюрприз, - говорила дама в чернобурке, и маленькие глазки блестели на широком мягком лице, как стеклянные пуговки, а с воротника такими же глазами-пуговками смотрела огромная черно-бурая лиса. - Сколько эмоций, какое знание практического материала! Мне особенно понравилась эта тема, - она неожиданно точно воспроизвела два такта колокольного прелюда, которым Марьюшка иллюстрировала свою лекцию.

Марьюшка приостановилась.

- Вы из филармонии?

- Я из ЖЭУ, Мария Дмитриевна, - с готовностью закивала чернобурка, сама же дама, обволакивая Марьюшку массой округлых форм, отчего та ровно бы съежилась в продутом своем пальтеце, продолжала идти и вести вперед Марьюшку, приговаривая: - Право же, мы обязательно найдем общий язык. Именно такие лекции и необходимы. Не только Чюрлёнис - программа по вашему усмотрению, тут я полностью на ваш вкус полагаюсь, и никто в это вмешиваться не станет, наоборот, готовы поддержать и помочь. Трижды в неделю, по два часа - согласитесь, не так уж много.

- Я не понимаю, при чем - ЖЭУ? Ведь вы из филармонии? Но там обычно Козлов выступает с лекциями, - попробовала противостоять Марьюшка, совсем потерявшаяся.