—Рыцарь, я нарекаю тебя Избранным. Пей.
Он поднимает сосуд и делает глоток. Почувствовав на губах солоноватый вкус, понимает, что его поят кровью. Вместе с кубком он падает навзничь, расплескивая кровь.
Сверху, как снег, как черный снег падают головки черных роз.
Своды зала сотрясает громовой хохот.
Глава II
НИКОЛАЙ АНДРЕЕВИЧ
Прелестно музыка играет,
Но звукам только слух мой рад.
У розы нежный аромат,
Но жажды он не утоляет.
И досягаем только глазу
Небес сияющий покров...
Вино всем угождает сразу:
Желудку, уху, носу, глазу.
С вином я обойтись готов
Без неба, музыки, цветов.
Открыв глаза, Виталий долго соображал, где он. Поняв, наконец, что лежит в домашнем облачении на диване, поднялся и, шаркая босыми ногами, отправился в ванную комнату. По полу стелился прохладный сквозняк. В квартире благодаря местным теплосетям царила жара, так что спать приходилось с открытой форточкой. Холодная вода приятно стекала по лицу и приводила в порядок мысли.
Сидя за столом в кухне за кофе, Виталий думал о том, что видел во сне. Проклятое сновидение не забылось, как это часто бывает, а, наоборот, помнилось отчетливо. Виталию до сих пор казалось, что он ощущает отвратительный соленый вкус на губах. До сих пор перед глазами горела свеча, в ушах стояли звуки дикой музыки. Однако чашка кофе стерла паршивые ощущения, и память о сне притупилась.
Часы на стене пробили восемь раз.
Виталий оделся, взял дипломат с инструментами и покинул квартиру, отправившись на работу.