Нет-нет, спокойствие, тикать нельзя, а то этот гад еще подумает…

Бабах! Трам-тарарах! Осина с треском рухнула, медведь едва успел отпрыгнуть. Стоит, лапы сложил…

А этот бэмц об землю! Но тут же взлетел, увидел медведя и как заорет:

– А, это ты подстроил! Убить меня хотел! Ну, я тебя сейчас приговорю! – и замахнулся клювом! И ка-ак саданул!

Но леший спас, промахнулся! Медведь живо метнулся в сторону, за кочку, перескочил через трухлявый пень и бросился бежать, петлять, карабкаться, скакать, подпрыгивать, переползать, опять бежать – и, наконец, вскочил в свою берлогу, забился в самый дальний угол, затаился и прислушался.

В лесу было тихо-претихо. Ну вот, радостно подумал медведь, пронесло!

Как вдруг опять: шшрухх-шшрухх! Шшрухх-шшрухх! Шшрухх-шшрухх. Гад летит!.. И опять тишина…

А после шар-шарах! Тарах! Кабардабах! Это этот подлец уже там, сверху, крушил, долбил, рубил, своим железным беспощадным клювом старинную семи обхватов ель! Берлога, скрытая в ее корнях, ходила ходуном. Кругом все сыпалось, ломалось, оседало. Ну что ж, обреченно подумал медведь, вот и пришел его черед, вот уже смерть к нему стучится. Неотвратимая! А если так, тогда чего теперь бояться? На миру и смерть красна! Смелей! Медведь вскочил, оскалился, и только выбегать…

Но тут ель с диким визгом рухнула, и яркий дневной свет ворвался в разоренную, лишенную крыши берлогу. Медведь упал, зажмурился, потом, опомнившись, открыл глаза…

Дятел, сидевший прямо перед ним, нагло, строго спросил:

– Ну что, косолапый, попался?!

Медведь молчал.

– Попался, говорю?! – повысил голос дятел.

Медведь вздохнул и согласился:

– Да, попался, – немного помолчал и зло добавил: – Дятел!

– Что?! – грозно вскричал дятел. – Я не дятел! Я зверь по имени Железный Клюв! Запомнил? Повтори!

Медведь молчал и думал: ну какой ты зверь, ты…

Ой-й! Дятел вскочил, разинул страшный клюв, прицелился… но добивать не стал.