Вероятно, сейчас вы спрашиваете себя: «Почему она не приобрела новый скафандр»?

Люк направил курсор в одну из точек на скафандре.

— Медицинские сенсоры. Эти первые модели скафандров не просто обеспечивали жизнедеятельность хозяина. Они сообщали НАСА все о его самочувствии. Если один человек погибнет, возможно, со следующим этого не случится.

Ранние космические программы в обязательном порядке предусматривали медицинские датчики. У вас голова закружится, сколько параметров они измеряли. Поздние версии скафандров были вполне надежны, к тому же этот скафандр наверняка модернизировали перед продажей. Что ее могло интересовать, так это именно медицинские датчики. В наше время тоже производят такие скафандры, но стоят они дорого, и такую покупку наверняка запомнят. Поэтому выбирайте сами: она хотела либо сохранить все в тайне, либо дешево купить скафандр. Дайте мне знать, что у вас происходит. И помните, преступники не любят запертых комнат. Они обычно устраивают несчастные случаи.

Я смотрел на пустой экран, где только что был Люк.

— Гекати, по-моему, Шриви говорил, что у «Шриви девелопмент» есть скафандры с герметичными портами? Возможно, этот скафандр…

— Но скафандрам Шриви наверняка меньше ста лет, Гил. Хотите на взглянуть на их скафандры? Я могу это устроить.

Четверо освободившихся от службы техников лениво прислушивались к нашим переговорам. Но постепенно и они начали терять к нам интерес. Я их не винил. Я поднялся и немного прошелся, раздумывая, что еще можно предпринять.

— Я покажу вам панораму, Гил, — сказала Гекати.

— Будьте добры.

Камера передавала медленно поворачивающуюся панораму скудного лунного ландшафта с фиолетовыми пятнами, оставленными ядерными двигателями стартующих торговых кораблей Зоны. Потом в поле зрения появился кратер Дель Рей, потом изображение увеличилось. Вокруг небольшие кратеры примерно такой же величины. В маленьких кратерах брызги серебра. Три бронзовых жука… четвертый ползет возле южного края. Мы смотрели, как Дель Рей медленно уезжает за край экрана, одновременно уменьшаясь, так что детали стали неразличимы.