Но если Сиире отдать один слиток, то останется еще два. И как знать, не станет ли Сиира требовать также долю Сутинена? Ойве стало казаться, что самым безопасным вариантом было бы оставить без своей доли и Сииру.

– Убийцам нужно железо, а не золото, – решил Ойва Юнтунен.

Лучше убраться из Стокгольма раньше, чем Сиира выйдет из тюрьмы. У "мокрушника"–рецидивиста было целых пять лет, чтобы сплести интригу против своего бывшего подельника. Ойва Юнтунен не собирался сидеть и ждать, что же там за пять лет напридумывал коммерц-техник. Нужно было бесследно исчезнуть, быстро и надолго. Флорида казалась правильным решением.

Но Флорида разочаровала Ойву Юнтунена. После прохладного Стокгольма тропическое побережье было жарким и шумным. Дни проходили в основном за выпивкой, ибо никаких других занятий не было. Деньги таяли на глазах.

Ойва Юнтунен познакомился с несколькими типами из Страны Суоми, которые отсиживались во Флориде. Как правило, у этих приятелей на совести были невыплаченные налоги, фиктивные банкротства, растраты, взятки и так далее. Некоторые занимались коммерцией, другие тратили неправедно нажитые на родине деньги. На трезвую голову эти мужички вовсю хвалили свободный американский образ жизни, но напившись до положения риз, они со слезами на глазах говорили о тоске по родине. Беженец тоскует по своей родине, даже если он и преступник.

Финны часто устраивали междусобойчики: жарили мясо на вертеле, плескались в бассейнах и толковали о последних здешних убийствах и грабежах. На этих вечеринках всегда бывали плотного телосложения коммерсанты, загорелые, заплывшие жиром, потягивавшие виски.