Миссис Клейберт бросила взгляд вокруг.

– Да, это трудно объяснить… – сказала она.

На помощь к ней великодушно пришла миссис Мюллер.

– Я думаю, что иногда появление трех тысяч детей не трудней объяснить, чем появление одного, – заявила она резко.

Это упоминание о забытом эпизоде из прошлого Эла Дикина на мгновение смягчило его.

– Но мы же не можем просто стоять и ничего не делать, – сказала миссис Партленд. – Этих детей скоро надо будет кормить, а также присматривать за ними.

Это было верно. Удивление сменялось раздражением. Некоторые девочки постарше взяли малышей на руки и качали их, размахивая в такт золотистыми косами. Миссис Клейберт сбежала вниз по ступенькам и вернулась, прижимая к себе одну из малышек.

– Это верно. Нам нужно что-то делать, – согласилась миссис Мюллер.

– За городом, у Рейлз-Хилла, есть старый армейский лагерь, – сказала миссис Партленд. – Если бы мы смогли накормить их и привести туда…

– А кто их будет кормить? – настаивал Эл Дикин. – Я думаю, что Этель Клейберт просто не имеет права бросить здесь три тысячи детей в надежде на то, что…

Мэр добавил:

– Я думаю, что жители Плезентгрова смогут накормить их раз-другой, но кроме этого… А вот и Ларри! – прервал он речь. Как моряк, потерпевший крушение, взывает к спасателям, он позвал через улицу: – Эй, Ларри!

Полицейский поднял глаза и помахал своей большой рукой. Он двинулся через улицу, пробираясь между детьми наподобие человека, идущего по клумбе.

– Кто же это сделал? Кто их сюда привел? – требовал он, поднимаясь по ступенькам.

Все посмотрели на миссис Клейберт. И полицейский тоже. Он спросил:

– Вы несете ответственность за всю эту команду?

– Да, думаю, что я, – признала миссис Клейберт.

– Целых три тысячи, – добавил Эл Дикин. – Полторы тысячи маленьких Гретхен и полторы тысячи маленьких Гансов – и ни одного родного слова по-английски на всю компанию.