- Не слишком похоже на наш случай. Тем, кто только что настроился на нашу волну, будет любопытно знать, что... э-э-э... два человека, двое довольно неряшливо одетых мужчин и самый настоящий диван честерфильдский, по-моему?

- Да, честерфильдский.

- ...только что материализовались тут у нас, посреди крикетной площадки "Лордз". Но не думаю, что с дурными намерениями. Они вели себя очень мирно...

- Извини, Питер, я тебя перебью - диван только что исчез.

- Диван исчез. Что ж, одной загадкой меньше. И все же этот случай войдет в анналы истории, тем более что он произошел в столь драматический момент, когда Англии не хватает до победы только двадцати восьми перебежек. Пришельцы покидают площадку в сопровождении офицера полиции, и, по-моему, все входит в привычное русло, и игра сейчас возобновится.

- Ну-с, сэр, - сказал полицейский после того, как они пробрались сквозь обуянную любопытством толпу и уложили умиротворенного, бездвижного Артура на одеяло, - теперь вы мне, возможно, соизволите сообщить, кто вы такие, откуда взялись и что хотели сказать этим балаганом?

Форд уставился себе под ноги, точно заимствуя у земли твердость духа, затем, вскинув голову, ответил полицейскому взглядом, в который было вложено все напряжение каждого дюйма из шестисот световых лет, разделяющих Землю и отчизну Форда - окрестности Бетельгейзе.

- Отлично, - проговорил Форд очень тихо. - Я вам расскажу.

- Да-да, хорошо, это не обязательно, - поспешно заявил полисмен, только постарайтесь, чтобы такого... этого... больше не было.

Полисмен развернулся и побрел искать кого-нибудь, кто был бы не с Бетельгейзе. К счастью, таких тут хватало.

Душа Артура летала вокруг его тела кругами и мялась, не испытывая особенного желания войти. С этим вместилищем у нее были связаны не самые лучшие воспоминания. И все же она медленно, опасливо забралась в него и заняла свое привычное место.