Такой же код был и у Шукюрова.

Увидав гору трупов в комнате охраны, Шукюров ни секунды не сомневался, что убийца из избранных, из тех, кому дано право проходить во дворец как к себе домой.

Таких было немного, и вычислить их всех было делом времени.

Появление Арнани облегчило задачу. Единственным подозреваемым остался Джафаров. Но… Джафаров, по расчетам Шукюрова, к тому времени должен был быть мертв. Если умер не он, а Дадаев, то стало ясно, что приказ на самоуничтожение не сработал. Почему, это уже было делом второстепенным, не существенным.

Шукюров пошел к Гейдарову.

— Дадаев умер? — встретил его вопросом Гейдаров.

Шукюров голову мог дать на отсечение, что в его отряде нет ни одного осведомителя хозяина. Поэтому его всегда ошеломляла проницательность вождя, хотя к этому уже давно можно было привыкнуть. Шукюров был с Гейдаровым с первого дня появления вождя на политической сцене страны.

— Умер! — мрачно подтвердил Шукюров.

— Своей смертью? — поинтересовался Гейдаров с абсолютно непроницаемым лицом.

— Инфаркт миокарда! Если верить врачам, — оговорился Шукюров.

— А ты не веришь? — удивился Гейдаров.

— Вскрытие покажет! — уклонился от прямого ответа Шукюров. — Даже если он и умер своей смертью, нельзя сказать, что ему никто не помог умереть.

— Очень туманно изъясняешься! — покачал головой Гейдаров. — Просвети непонятливого…

В устах Гейдарова не звучало угрозы, тем не менее Шукюров поспешил броситься в ноги повелителю.

— Прости, повелитель! Только потрясение увиденным заставило меня быть не столь понятливым. Ликвидатор Дадаева не покончил с собой, как велит инструкция. Он восстал против своего господина, и тот умер…

— От страха! — закончил за Шукюрова Гейдаров. — Чудовище Франкенштейна сожрало своего создателя. Ты уверен, что Ликвидатор успел побывать у Дадаева перед его смертью?