«Это естественно. Даже в таком диком виде эта конструкция опережает их на век. Самый обычный страх перед неизвестностью.»

— Подними глаза и посмотри на меня! — тоном приказа произнес я.

Икнор был вынужден подчиниться. В его глазах явственно читалось: «Чем я перед вами провинился?»

— Тебе ничего не угрожает. Совсем ничего. Войди вовнутрь.

— Но… зачем?

— Адъютант Камбран, я приказываю вам войти в Машину! — мне пришлось повысить голос.

Он был солдатом и, как настоящий солдат, не мог не подчиниться командиру. Я вернулся к пульту и закрыл дверь.

«Вот и все. Вот ты и сделал это. Вот ты и перешел черту, за которой „всегда“ превращается в „никогда“.»

Мне осталось только нажать еще одну кнопку, а потом Машина все сделала сама. Даже сама распахнула дверь, когда все было закончено.

Икнор вышел из Машины, неуверенно озираясь по сторонам — примерно так, как смотрят люди, выбравшиеся на свет из очень темного помещения.

— Ну что? Было очень страшно?

— Да нет… Скорее, странно… Я будто плыл по этому синему потоку, легко так плыл, сначала быстро, потом медленнее, пока не остановился… Ком… Энгер, теперь вы объясните, что это было?

«Ну, объясняй! Теперь-то какая разница, ты ведь уже все сделал!»

В моем голосе невольно появился оттенок торжественности:

— Икнор, я только что подарил тебе бессмертие!

Он буквально впился в меня глазами:

— Бессмертие?! Но такого не может быть!

— Может, Икнор. Но это не совсем обычное бессмертие. Ты проживешь свою жизнь до конца, состаришься и умрешь, как все. Но потом, где-то в другом месте, родится ребенок, и однажды этот ребенок вспомнит все, что было с тобой в предыдущей жизни. Потому что он — это будешь ты. Понимаешь?

— Да… кажется.

— Ты поймешь… со временем.

Икнор стоял, переводя взгляд с меня на Машину и обратно. Я вдруг обнаружил, что непонятно зачем слежу за миганием красного огонька на пульте. Мне не хотелось сейчас смотреть в глаза Икнору.