"Решайся! — закричал я себе. — Времени нет!"

— К работе готов. Бортовое время двадцать два часа… — по-своему понял мои слова компьютер, но я его уже не слушал.

Подключив дефибриллятор к сети и вскрыв шприц-ампулу, я замер над контейнером. Индикатор показывал шесть и семь десятых. Пора! Я повернул ключ принудительного вскрытия. Зловеще зашипели газовые дюзы. По кораблю разнёсся тревожный голос: "Принудительное вскрытие! Опасно для жизни объекта! Принудительное вскрытие! Опасно для жизни объекта!"

Я рванул крышку, она оторвалась от контейнера и улетела в сторону. Лицо девушки было белым как снег.

— Марта! — позвал я, не ожидая услышать ответ. Нащупал пульс — еле слышно. Закатав рукав её комбинезона, я сделал инъекцию. Теперь — сердце!

После пятого разряда дефибриллятора у девушки задрожали ресницы. Она разомкнула губы. Я бросился к портативному кислородному баллону с маской…

•

— Где я?

Она лежала на моей кушетке. Голос слаб, почти не слышен.

— Вам нельзя разговаривать, — сказал я. — Теперь всё будет хорошо.

— Кто вы?

— Меня зовут Рассел, Рассел Акофф. Я мусорщик. Вы на борту моего мусоровоза. Извините.

Её щёки уже слегка порозовели. Она даже попыталась приподняться, но я удержал её.

— Как я здесь оказалась? — спросила она.

Я пожал плечами:

— Для меня это тоже загадка. Ваши товарищи как-то умудрились отправить вас вместе с контейнером для анабиоза в мусорный отсек вашего крейсера. Затем вас втянуло в мой мусоровоз.

— Так, значит, я мусор? — она попыталась улыбнуться.

"Сильная девушка, — подумал я. — Сильная и красивая".

Ещё через полчаса она уже сидела, опираясь на подушку, и крошечными глотками пила тёплый чай из пластикового тюбика.

— А куда мы летим, Рассел? — спросила она.

— Мы? — я растерянно улыбнулся. — Строго говоря, мы пока не летим. Мы — на астероиде.