И если учесть, что сегодня Старик приходит из Ведомства к заходу солнца, то очень даже можно не успеть управиться с уборкой. Этого Старик уж точно не вынесет. Обязательно возьмется за свою трость. В последнее время нервы у него сдали, чуть что — дерется, а после приходит в себя и даже извиняется за горячность. Редчайшее в здешнем мире явление. После зачета нужно бы у ребят поинтересоваться — часто ли в подобных обстоятельствах слышали они извинения?

Ну, а вечером, когда Старик угомонится, поужинает и начнет свое нескончаемое молитвословие, можно будет и смотаться. К ней, к Алосте. Тетка ее, скорее всего, отправится к соседке Нейтеле, там они станут прясть и делиться друг с дружкой ужасными историями про многочисленную здешнюю нечисть. И это значит, Алоста до ночи свободна.

Хенг улыбнулся и легко вскочил на ноги. Пора идти. Время поджимает. Полтора часа до города. Гигантское расстояние. Полторы минуты лета. Или телепортация. Ноль целых, ноль десятых. Кажется, какие-то стотысячные доли. Но нельзя. Приспосабливаемся. Ничем не выделяемся. Соблюдаем все правила и инструкции. Какие мы, однако, молодцы. Примерные стажеры. Зачет зарабатываем.

2

О том, что в мире есть Алоста, Хенг узнал зимой. Получается, меньше чем полгода назад. По здешним правилам, всего-ничего. Но это если по здешним. Сейчас Хенгу казалось, что она была всегда. Он не мог представить себе мир, где ее нет. Такой мир просто-напросто не имел права на существование, потому что все в нем тогда — бессмысленно.

Сейчас даже подумать странно, что больше года он жил с ней рядом, на соседних улицах — и не замечал. Нет, конечно, видел ее не раз, узнавал в лицо. Разумеется, не здоровался с ней — по здешним меркам, это неприлично, если женщина не замужем. Он знал, что она со Змеиной улицы, знал, что живет со старой и больной теткой, а может, и не теткой — поди разбери. Но уж пожилая Конинте-ра точно не могла быть ей матерью. Просто по возрасту не получалось. Хотя здесь женщины стареют рано — такая жизнь. Сама Алоста называла ее тетушкой, но это принятое обращение. Точно так же она называла и соседок. Хенг, разумеется, подробности не выспрашивал. Захочет — расскажет, ей виднее. Конечно, он не раз и не два слышал про нее — приблудная. Собственно, с этого все у них и началось.