— Мы заплатим.

— Ладно. Живой или мертвой?

— Конечно, живой. Миллион, чтобы вернуть Таун Ве живой, вместе с информацией.

— Два миллиона за ее возвращение, и еще миллион за информацию. Три миллиона.

— Чрезмерно. Я помню, что твоему отцу заплатили только пять миллионов за создание и обучение целой армии.

— Считай это инфляцией. Соглашайся или забудь.

В его мозгу, как прыгающий по воде камешек, скользнула мысль, соединяя прежде разрозненные идеи.

«В последний раз, когда каминоанцы вспоминали Джанго Фетта, еще существовали сотни тысяч… нет, миллионы мужчин, похожих на него, а сейчас нет ни одного».

Фетт вернул шлем на голову, ощутив прилив уверенности и чувство единения с ним – ощущения, которые наверняка испытывали многие из мандалорцев, вдохнул тепло и запах своего дыхания в краткий миг перед тем, как защелкнулся герметизирующий затвор и включился климат–контроль. Если бы возможности всего человеческого рода были использованы для блага мандалорцев, галактика бы сегодня стала совсем другой.

Но это не его проблема.

«Остался год. Времени достаточно, если я сконцентрируюсь на этом полностью».

Он не имел представления, почему с недавних пор его так часто посещали мысли о далекой войне. Возможно потому, что он знал, какие новости сообщит ему Белюин.

«На этот раз я действительно могу умереть».

— Эти данные нужны тебе не меньше чем нам, — сказал Коа Не. – Один миллион.

— Я найду их. И если ты хочешь, чтобы я вернул их вам, когда я получу информацию, которая мне нужна, цена остается прежней – три миллиона. – Самая приятная часть переговоров – это знать момент, когда ты сможешь от них отказаться. Сейчас он достиг такого момента. – Профессионализм имеет свою цену, Коа Не. Соглащайся или забудь. Я смогу найти кого–нибудь, кто сможет заплатить мне намного больше, чем ты – просто, чтобы покрыть мои издержки, разумеется.