Свечение плазмоида иссякло, молнии пропали. Электросеть вместе со всей электроникой замка вышла из строя. Чаши антенн раннего обнаружения на уцелевших башнях прекратили вращение. Установки ПВО замерли, их счетверенные лазеры безжизненно уставились в небо.
Со стороны леса послышался многоголосый трубный зов. Судя по силе звука, танки амплиитов находились на подступах к крепостной стене.
— Скоро начнется финальный штурм, — заключил Демьен Фокс. Он выглянул из караулки и осмотрелся.
Башня правого крыла была разрушена. На месте обвалившейся крыши плясали языки пламени. Но никто не спешил бороться с огнем. Фокс не видел ни охраны, ни прислуги с огнетушителями. Кто мог, уже покинул замок.
До центрального входа во дворец требовалось пробежать через двор, образованный двумя крыльями замка. Посередине площади, выложенной разноцветными каменными плитами, находился фонтан.
Из окна первого этажа вылезли три фигуры. Судя по бордовым мундирам с эполетами и аксельбантами — старшие офицеры королевской гвардии. Офицеры тащили на себе большие тюки, совсем не похожие на ящики с боеприпасами. Сверкая алмазными эполетами и золотыми аксельбантами, троица побежала к гаражу с флаерами.
— Быстрее, Хатчинс! — скомандовал Фокс, когда офицеры скрылись из виду. — У нас мало времени. Дорога каждая минута! — И первым выскочил во двор.
Напарники побежали по внутреннему двору, заваленному камнями с разрушенной башни. Один из булыжников упал в центр фонтана, разбив мраморное изваяние. Теперь на постаменте вместо обнаженной женщины покоилась серая глыба, из–под которой на мозаичные плитки хлестала струя воды. В луже лежало тело солдата с разбитой головой. Из жуткой раны вытекала кровь.