Грохотало справа и слева, спереди и сзади, трескались скалы, с шумом сходили каменные лавины. Дарт до крови закусил губу: всё-таки он не успел скрыться, бандиты засекли челнок при подлёте к горам! Теперь они знают, что он здесь. Даже если он нырнёт в укромную пещеру, сделавшись недосягаемым для их радаров, то пираты всё равно не успокоятся. Они не улетят, пока не искрошат весь этот горный массив в мелкую щебёнку.

Сумасшедший полёт в вихре глыб, поднятых на воздух взрывами, продолжался недолго: чудовищный удар падающего валуна потряс челнок и он рухнул куда-то в пропасть, ударился корпусом о скалу, отскочил и застрял между выступами на узкой площадке, тянувшейся вдоль отвесной стены. Лавина камней прогрохотала в нескольких метрах и стихла.

Аппарат лежал на боку. Дарт хрипло дышал, из его рта сочилась кровь. Штурвал врезался ему в грудь, проломив несколько рёбер и превратив желудок в кровавое месиво. Осмотрев себя, Дарт подумал, что ему ещё повезло. Уцелел силовой прибор, а то бы он погиб мгновенно.

Зато гуманоид, которому, вроде бы, должно было быть не легче, чудесным образом остался невредим и по виду сохранял полную невозмутимость.

— Когда прибудут люди с Карриора… — с усилием выдавил Дарт, борясь с наплывами обморока, — скажите, что я… сделал всё возможное…

Закатившийся куда-то под сиденье лексикатор перевёл его хрип на язык гуманоида.

— Почему бы вам самому не сказать им об этом? — прозвучал в ухе комиссара ответ Аууа. — Я прямо сейчас могу восстановить ваше тело, вернуть ему крепость и силу, только — понравится вам это или нет — вам придётся согласиться с его бессмертием.