- Не сдержался я. Просто безбожного хамства не стерпел. И хватит обо мне. Сколько можно мусолить тошную тему! - Лугин откусил от хлебного ломтя, и поднял глаза к небу. За две недели, которые он с Климентьевым гостил в Рыбино, его пытали об инциденте с проклятым старпомом много раз. Больше всего донимал расспросами сам дед Матвей, хотя старик должен был выучить неприятную историю наизусть. Пожевывая хлеб с застывшей тушенкой, Лугин разглядывал Большую Медведицу, по привычке или для самоуспокоения перечисляя звезды: Бенетнаш, Мицар, Алиот, Фекда... Арабские мореплаватели отожествляли Медведицу с плакальщицами и похоронной процессией. Вспомнилась одна из печальных легенд: царица не дождалась из дальнего плаванья своего мужа и, потеряв от горя рассудок, вошла в морские воды, чтобы они соединили ее с возлюбленным. За ней со стонами и тоскливой песней, держа на руках детей своих, последовал весь народ процветавшего некогда царства.
Вдруг глаза Сергея замерли под темными дугами бровей, скулы напряглись - западнее желтоватой точки Юпитера он увидел новую звезду, вспыхнувшую ярко и разошедшуюся синим ореолом.
- Едрен батон! - медленно вставая, выдохнул Лугин.
Денис проворно вскочил на ноги, задрав голову, отошел от костра.
- Я бы подумал, что необычный болид - если б объект двигался. Так не движется! - ошарашено произнес он.
- Может, сверхновая? Сверхновая звезда, - предположил Сергей.
- Исключено. Быстро облачко вокруг нее выросло, что указывает на не слишком большое расстояние до места события. И невооруженным глазом мы бы таких прелестей не рассмотрели, - цокнув языком, Климентьев любовался рваным свечением, словно балетная пачка, одевавшим яркую точку.
- Астрономы вы недоношенные.