– Как же я тебя не отдам полицейскому, если он действует по закону? По закону всех девочек, которые не едят суп, забирают в тюрьму. Я тебе ничем помочь не смогу.

Элен хватается за ложку.

– «Пугающий Холодильник», – читала Мари с архивной карточки. – «Неподвижный. Технологический. Глотатель. Парализует жертву урчанием…»

Она подняла глаза на Георга.

– Так я и думал, – с довольно мрачным видом (одновременно мрачным и довольным) произнес инструктор. – Никакого системного подхода. Ты знаешь, сколько здесь карточек?

– Много.

– А знаешь, чему равно это «много»? 20 167 штук. Или 19 785. Или около того. Если брать их наугад, как ты, и на каждую тратить пять минут… Сколько получится?

Мари полюбовалась изображением черного холодильника. И без умножения было ясно, что работы ей тут на несколько месяцев.

– Засовывай свой Холодильник на место, – приказал Георг, – и начинай думать головой.

Полицейский отхлебнул еще пару раз, после чего не выдержал:

– Не про меня думай, и не гадости всякие, а про то, как правильно искать информацию.

«Сейчас мне будет стыдно», – подумала Мари, жалобно вздохнула и посмотрела на инструктора своим фирменным взглядом недоумевающего олененка. От этого взгляда самый матерый волчище забыл бы о злодейских планах и вывез Мари из дремучего леса на серой спине.

– Вот несчастье на мою голову! – в сердцах воскликнул Георг. – Мы полицейские или мы в детском саду? Все же классифицировано, разнесено по видам, подписано! Ну смотри, этот ряд – условно вымершие кошмары, о них можно сразу забыть…

– Условно вымершие?

– Поясняю на примере. – Георг выдвинул один из ящиков, выхватил карточку и прочел: – «Летающий портшез. Подвижный. Устаревший. Раздробитель. Зажевывает полы камзола до полного удушения жертвы». Понятно, почему вымер?

– Не совсем. А что такое «портшез»?