Сеар!

– Кто это? – шепотом спросил Лехонь.

– Попугай. – Капрал посмотрел на майора. – Всего лишь попугай. Но вон там…

Майор кивнул. Он уже видел. На гнилом пне сидели два грифа. Опустив траурные крылья, мрачные птицы высоко тянули голые шеи, разглядывая людей, явившихся к ним из зарослей. Грифы чего-то ждали, им не хотелось покидать Удобное место. По знаку капрала Кул странной расслабленной походкой направился прямо к пню. На самом деле он шел к малоке. Бич Божий… Грифы поняли это и не снялись с Места… По периметру прогалины двинулись Лехонь, Тибор и Райзахер, а Валентин выдвинулся к озеру. Вода показалась ему пыльной. Озеро было засорено нежным пухом с деревьев. Нигде никаких следов. Да и кто их оставит?..

– Спокойней, Морис. Гуси летят.

Услышав Кула, Валентин скользнул к малоке.

Вблизи на него сразу пахнуло трупным запахом. Угрюмые грифы снялись с пня и переместились на дерево. Снизу доверху оно было так густо обвито гирляндами лиан и орхидей, что казалось задрапированным. Пробуя ногой позеленевшие от плесени ступеньки, Валентин осторожно поднялся по деревянной лесенке на бревенчатый настил и встал рядом с Кулом. Блеснуло стекло разбитой бутылки. «Мерде!» Валентин увидел труп. На тронутом разложением плече, брезгливо подергивая белесой лапкой, сидела розовая крыса.

– Сгони ее.

– У нее пасть, как у собаки.

– Все равно это только крыса.

– Что там у вас? – крикнул снизу капрал.

– Женщина.

– Белая?

– Похоже на это.

На неимоверно распухшем трупе действительно чернели обрывки платья-сафари. Не лучший наряд для прогулок в сельве. Платье лопнуло от плеча до распухших ягодиц, труп казался голым.